Эй,
      Роста,
                  давай телеграммы
                                                   во все концы!
Сегодня
                со всех союзных мест
красной
               учительской армии бойцы
сошлись
                на первый
                                   учительский съезд.
На третьем фронте
                                   вставая горою,
на фронте учебы,
                                на фронте книг,—
учитель
              равен
                         солдату-герою —
тот же буденновец
                                  и фронтовик.
Он так же
                  мёрз
                            в окопах школы;
с книгой,
               будто с винтовкой,
                                                пешком
шел разутый,
                        чуть не голый,
верст за сорок
                           в город
                                         с мешком.
С краюхой черствой,
                                     с мерзлой луковкой,
он,
      слушая
                   вьюги шрапнельный рой,
сражался,
                  бился
                             с каждой буковкой,
идя
       в атаки
                    со всей детворой.
В ОНО
             и в ВИКе
                             к общей благости
работай
               не за страх, а за совесть,
а плату
             за май
                         получишь в августе —
вот
      шкрабовских дней
                                      печальная повесть.
Пошла
            всесоюзная
                                  стройка да ковка.
Коль будем
                     сильны
                                  и на третьем фронте —
Коммуну
                тогда
                          ни штыком,
                                             ни винтовкой —
ничем
            с завоеванных мест не стронете.
И шкраб,
                как ребенка,
                                      школу вынашивал,
пока
         сменялась миром гроза.
И вот
          со всего
                         Союза нашего
на шкраба
                   с вниманьем
                                           поднялись глаза.
У нас
          долгов
                       пред учителем
                                                 много,
на весь ССР
                       сегодня
                                      звучите:
идущий
              со своей коммуною в ногу,
да здравствует
                           красный
                                          народный учитель!
Но каплю и грусти
                                прибавим к этому:
учитель,
               чеши виноватое темя, —
каб раньше
                     учитель
                                   пошел за Советом,
мы,
       может быть,
                             были бы
                                            сплошь грамотеями.

Добавить комментарий