Первый Первомай (коллективное)

откуда повел рабочий класс 1-е мая в первый раз
I

В Америке
     сорок годов назад,
когда в России
       еще не светало,
уже яснели
     рабочие глаза
на жирную
     власть капитала.
В штате Техасе
       и в штате Миссури,
там, где уголь,
      нефть и руда,
глухо копились
       рабочие бури
в Американской
        Федерации труда.
Раньше,
    с буржуем боясь задираться, —
с зари до зари
      работал бедняк.
Но вот,
   решил Совет Федерации:
восемь часов
      рабочего дня!
Новым порядком
        старый ломая,
чтоб право на отдых
         добыть труду,
решили бороться с первого мая
в восемьдесят шестом году.
Хозяевам
    внове такая отвага;
стремясь забастовку
         сломить вконец,
против рабочих
       ими в Чикаго
были пущены штык и свинец.
Тогда-то,
    запомнив кровавую баню,
узнавши,
    как пули
        звенят и свистят,
рабочие
    снова
       без колебанья
за павших
     поднялись
          два года спустя.
Их масса
    меньше уже слоится,
гудки к забастовке
        дружнее гудут:
назначил стачку
       конгресс в Сан-Луи́се
на 1-е мая
     в 90-м году.
Хоть это и было
       событием местным,
волненье рабочих
        росло и росло,
и стало
   далёко повсюду известным,
и красным
     сделалось
          это число.
Из штата в штат
       его переносят
сутулые плечи
      борьбы и труда, —
и вот —
    и в Детройте
          и в Иллинойсе
сгасают мартены,
        молчат привода.

II

В Париже
    за год до этого срока
был созван
     международный конгресс.
В нем —
    гнева рабочего
             будущий рокот,
он —
   бури грядущей
          дыханьем согрет.
Здесь классовый разум
          взвивал
                свое пламя,
пути освещая
      великой вражде:
на нем —
     знаменитейшими умами
представлены силы
         тогдашних вождей:
Из Франции —
       Гэд;
         от Германии —
                Бебель;
от Австрии —
       Адлер;
          суровая рать;
и наши
    российские
         топи да степи
Плеханов с Лавровым
          пришли представлять.
И по предложенью
        француза Ляви́ня,
чтоб воля трудящихся
          стала видней,
Конгресс
    постановление принял
о международном
        рабочем дне.
А так как сказано
        было выше,
что к 1-му мая
       призвал Сан-Луи́с, —
решили,
    чтоб всюду рабочий вышел
в тот день
    демонстрировать
            силы свои.
Француз Трессо́
       сказал, что постольку
манифестации
       хороши,
поскольку
     всеобщая забастовка
мир
  буржуазии
       устрашит.
И вот,
   когда — казалось бы — вспыхнет
в рукоплесканиях
        бурных зал,
от Германии
      Вильгельм Либкнехт
вышел
   и слово «против»
           взял.
Он — был против
        немедленных действий,
против
   возможности их провести.
Так
  на заре партийного детства
порыв борьбы
       осторожно стих.
Либкнехт искренне
         предан долгу,
давит собрание
       доводов пресс,
и —
  всеобщую забастовку
большинством
       отвергает конгресс.

Оцените:
( Пока оценок нет )
Поделитесь с друзьями:
Владимир Маяковский
Добавить комментарий