Очерки 1922-1923 годов

СОДЕРЖАНИЕ

Париж. (Записки Людогуся)
Париж. Театр Парижа
Париж. Быт
Парижские очерки. Музыка
Семидневный смотр французской живописи
Парижские провинции
Сегодняшний Берлин

ПРИЛОЖЕНИЕ

Выставка изобразительного искусства РСФСР в Берлине 1 Очерки «Осенний салон» и «Париж. Художественная жизнь города» (см. «Семидневный смотр французской живописи», стр. 233).

ПАРИЖ

(Записки Людогуся)

ПРЕДИПОЛСЛОВИЕ

Вы знаете, что за птица Людогусь? Людогусь – существо с тысячеверстой шеей: ему виднее!
У Людогуся громадное достоинство: «возвышенная» шея. Видит дальше всех. Видит только главное. Точно устанавливает отношения больших сил.
У Людогуся громадный недостаток: «поверхностная» голова – маленьких не видно.
Так как буковки – вещь маленькая (даже называется – «петит!»), а учебники пишутся буковками, то с такого расстояния ни один предмет досконально не изучишь.
Записки Людогуся блещут всеми людогусьими качествами.

О ЧЕМ!

О парижском искусстве + кусочки быта.
До 14 года нельзя было выпустить подобные записки.
В 22 году – необходимо.
До войны паломники всего мира стекались приложиться к мощам парижского искусства.
Париж знали наизусть.
Можно не интересоваться событиями 4-й Тверской-Ямской, но как же не знать последних мазков сотен ателье улицы Жака Калло?!
Сейчас больше знакомых с полюсами, чем с Парижем.
Полюс – он без Пуанкарей. Он общительнее.

ВЕСЕЛЕНЬКИЙ РАЗГОВОРЧИК В ГЕРМАНСКОМ КОНСУЛЬСТВЕ

– Виза есть?
– Есть.
– Ваш паспорт?
Протягиваю красную книжечку РСФСР. У секретарши руки автоматически отдергиваются за ее собственную спину.
– На это мы виз не ставим. Это надо переменить. Зайдите. Тут рядом 26-й номер.
Конечно, знаете. (Беленькое консульство!) Мадам говорит просто, как будто чашку чая предлагает.
Делаю удивленное и наивное лицо:
– Мадам, вас, очевидно, обманывают: наше консульство на Унтер-ден-Линден, 7. В 26-м номере, должно быть, какая-то мошенническая организация. 26-й номер нигде в НКИД не зарегистрирован. Вы должны это дело расследовать.
Мадам считает вопрос исчерпанным. Мадам прекращает прения:
– На это мы визы не поставим.
– На что же вы ее поставите?
– Можем только на отдельную бумажку.
– На бумажку, так на бумажку – я не гордый.
– Неужели вы вернетесь опять туда?!
– Обязательно.
Мадам удивлена до крайности.
Очевидно, наши «националисты», проходившие за эти годы сквозь консульства, с такой грациозностью, с такой легкостью перепархивали с сербского подданства на китайское, что мое упорство просто выглядело неприлично.

Оцените:
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Поделитесь с друзьями:
Владимир Маяковский
Добавить комментарий