Даешь хлеб!

Труд рабочего,
хлеб крестьян —
на этих
двух осях
катится
время
на всех скоростях,
и вертится
жизнь вся.
И если
вдоволь
муку меля
советская
вертится мельница,
тебя —
свобода,
тебя —
земля,
никто
отобрать не посмелится.
Набег
дворянства
не раз повторен:
отбито
и сожжено —
лишь потому,
что в сумках
патрон
с краюхой лежал,
с аржаной.
Деревня
пошла
ходить в сапогах.
(Не лаптем же —
слякоть хлебать!).
Есть сапоги.
Но есть…
пока
рабочему
есть хлеба́.
Добреет крестьянство
и дом его,
и засухой
хлеб
не покаран.
Так в чем же заминка?
И отчего
хвосты
у наших пекарен?
Спокойствие.
Солнце
встает на заре,
а к ночи
садится на домики,
и глядя
на тишь,
ковыряют в ноздре
некоторые
губ-комики.
Зерно
не посыпется в рот само,
гляди,
чтоб леность
начисто смёл —
и голос надобен вкрадчивый.
Р а б о т у
у д в о й
н а с е л е,
к о м с о м о л!
Б у д и,
п о м о г а й,
р а с к а ч и в а й!
Чтоб каждый понял,
чтоб каждый налег,
чтоб за семь
ближайших суток
пошел
на ссыпные
сельхозналог,
скользнула
по снегу
семссуда.
Несись
по деревне
под все дымки́:
— Снимай,
крестьянин,
с амбаров замки!
Мы —
общей стройки участники.
Хлеб —
государству!
Н и п у д а м у к и
н е с с ы п е м
о т н ы н е
у ч а с т н и к а!

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Поделиться с друзьями
Владимир Маяковский
Добавить комментарий