И ласточка и курица
на полеты хмурятся.
Как людьё поразлетится,
не догнать его и птице.

Был
        летун
                  один Илья —
да и то
             в ненастье ж.
Всякий день летаю я.
Небо —
               двери настежь!

Крылья сделаны гусю.
Гусь —
              взлетит до крыши.
Я не гусь,
                  а мчусь вовсю
всякой крыши выше.

Паровоз,
                что та́чьца:
еле
       в рельсах
                         тащится.
Мне ж
            любые дали — чушь:
в две минуты долечу ж!

Летчик!
             Эй!
                   Вовсю гляди ты!
За тобой
                следят бандиты.
— Ну их
               к черту лешему,
не догнать нас пешему!

Саранча
                посевы жрет,
полсела набила в рот.
Серой
            эту
                  саранчу
с самолета
                     окачу.

Над лесами жар и зной,
жрет пожар их желтизной.
А пилот над этим адом
льет водищу водопадом.

Нынче видели комету,
а хвоста у ней и нету.
Самолет задела малость,
вся хвостина оборвалась.

Прождала я
                      цело лето
желдорожного билета:
кто же
            грош
                     на Фоккер внес —
утирает
              птицам
                           нос.

Плачут горько клоп да вошь, —
человека не найдешь.
На воздушном на пути
их
     и тифу не найти.

Добавить комментарий