Poesia su Butcher, su Baba e su vasta scala

Сапоги почистить – 1 000 000.
Состояние!
Раньше б дом купил –
и даже неплохой.

Привыкли к миллионам.
Даже до луны расстояние
советскому жителю кажется чепухой.

Дернул меня черт
писать один отчет,

Что это такое?” -
спрашивает с тоскою
mashinistka.
bene, что отвечу ей?!
Черт его знает, что это такое,
если сзади
nella cura
тридцать семь нулей.
Недавно уверяла одна дура,
что у нее

тридцать девять тысяч семь сотых температура.
Так привыкли к этаким числам,
что меньше сажени число и не мыслим.
e noi,
если мы на митинге ревем,
рамки арифметики, naturalmente, узки –
все разрешаем в масштабе мировом.
В крайнем случае – масштаб общерусский.
“elettrificazione!?” – масштаб всероссийский.
Чистка!” – во всероссийском масштабе,

Кто-то
anche,
чтоб избежать переписки,
предлагал –
сквозь землю
до Вашингтона кабель.

vado.
Мясницкая.
Ночь глуха.
Скачу трясогузкой с ухаба на ухаб.

Сзади с тележкой баба.
С вещами
на Ярославский
хлюпает по ухабам.
Сбивают ставшие в хвост на галоши;
то грузовик обдаст,
то лошадь.
Балансируя
– четырехлетний навык! -
тащусь меж канавищ,

канав,
канавок.
E quello
– на лету вспоминая маму –
с размаху
у почтамта
плюхаюсь в яму.
На меня тележка.
На тележку баба.
В грязи ворочаемся с боку на бок.

Что бабе масштаб грандиозный наш?!
Бабе грязью обдало рыло,
и баба,
взбираясь с этажа на этаж,
сверху
io e
и власти крыла.
Правдив и свободен мой вещий язык
и с волей советскою дружен,
ma, натолкнувшись на эти низы,

даже я запнулся, confuso.
io
на сложных агитвопросах рос,
а вот
не могу объяснить бабе,
почему это
о грязи
на Мясницкой
domanda
никто не решает в общемясницком масштабе?!

[1921]

Vota:
( Nessuna valutazione ancora )
Поделитесь с друзьями:
Vladimir Mayakovsky
Aggiungi un commento