tutto

no.
non è vero.
no!
e voi?
tesoro,
per questo,
per quello che?!
Хорошо —
я ходил,

Ho dato i fiori,
Beh, io non ho rubato i cucchiai d'argento cassetto!
bianco,
sshatalsya dal quinto piano.
Il vento brucia le guance.
Улица клубилась, визжа и ржа.
Похотливо взлазил рожок на рожок.
Вознес над суетой столичной одури
строгое —
древних икон —

чело.
На теле твоем — как на смертном одре —
cuore
giorni
кончило.
В грубом убийстве не пачкала рук ты.
voi
уронила только:
В мягкой постели
esso,

фрукты,
вино на ладони ночного столика”.
amare!
Только в моем
воспаленном
мозгу была ты!
Глупой комедии остановите ход!
guardare -
срываю игрушки-латы
io,

величайший Дон-Кихот!
ricordare:
под ношей креста
Cristo
секунду
усталый стал.
Толпа орала:
Марала!
Мааарррааала!”
correttamente!

Каждого,
кто
об отдыхе взмолится,
оплюй в его весеннем дне!
Армии подвижников, обреченным добровольцам
от человека пощады нет!
piuttosto!
Теперь —
клянусь моей языческой силою! -
дайте
любую
красивую,
юную, -
души не растрачу,
изнасилую
и в сердце насмешку плюну ей!
Око за око!
Севы мести в тысячу крат жни!
В каждое ухо ввой:
вся земля —
каторжник
с наполовину выбритой солнцем головой!
Око за око!
Убьете,
похороните —
выроюсь!
Об камень обточатся зубов ножи еще!
Собакой забьюсь под нары казарм!
Буду,
бешеный,
вгрызаться в ножища,
пахнущие потом и базаром.
Ночью вскочите!
io
звал!
Белым быком возрос над землей:
Муууу!
В ярмо замучена шея-язва,
над язвой смерчи мух.
Лосем обернусь,
в провода
впутаю голову ветвистую
с налитыми кровью глазами.
che!
Затравленным зверем над миром выстою.
Не уйти человеку!
Молитва у рта, -
лег на плиты просящ и грязен он.
Я возьму
намалюю
на царские врата
на божьем лике Разина.
sole! Лучей не кинь!
Сохните, реки, жажду утолить не дав ему, -
чтоб тысячами рождались мои ученики
трубить с площадей анафему!
e quando,
infine,
на веков верхи став,
последний выйдет день им, -
в черных душах убийц и анархистов
зажгусь кровавым видением!
Светает.
Все шире разверзается неба рот.
notte
пьет за глотком глоток он.
От окон зарево.
От окон жар течет.
От окон густое солнце льется на спящий город.
Святая месть моя!
di nuovo
над уличной пылью
ступенями строк ввысь поведи!
До края полное сердце
вылью
в исповеди!
Грядущие люди!
chi sei?
Вот — я,
tutto
боль и ушиб.
Вам завещаю я сад фруктовый
моей великой души.

voto:
( Nessuna valutazione ancora )
Condividi con i tuoi amici:
Vladimir Majakovskij
lascia un commento