Historia de desertor, organizar nedurnenko, y en el, lo que el destino le familiares y egoístas acontecieron

Хоть пока
победила
крестьянская рать,
хоть пока
на границах мир,
но не время
más
в землю штык втыкать,
красных армий
ряды крепи!
Чтоб вовеки
не смел
никакой Керзон
брать на-пушку,
горланить ноты, -
даже землю паша,
recordar
сабельный звон,
recordar
marcha
атакующей
compañías.
Молодцом
на коня боевого влазь,
en el suelo
пехотинься пеший.
С неба
землю всю
глазами оглазь,
на железного
коршуна
севши.
Мир пока,
но на страже
красных годов
Espere
на нашей
красной вышке.
Будь смел.
Будь умел.
cualquier
siempre
listo
первым
ринуться
в первой вспышке,
OMS
из вас
не крещен
военным огнем,
кто считает,
что шкурнику
mejor?
Прочитай про это,
Pensar en ello,
вникни
в этот сказочный случай.
Защищая
рабоче-крестьянскую Русь,
встали
фронтами
красноармейцы.
Но – как в стаде
овца паршивая –
трус
и меж их
рядами
hay.
Año
в одном во полку
Силеверст Рябой.
Голова у Рябого –
пробкова.
Чуть пойдет
наш полк
contra los blancos
a la batalla,
а его
и не видно,
робкого.
cosa está clara:
бьется рать,
горяча,
contra
барско-буржуйского ига.
У Рябого ж
слово одно:
Для ча
voluntad
yo
на рожон прыгать?”
Встал стеною полк,
фронт раскинул
su.
Силеверст
стоит в карауле.
Подымает
пуля за пулей
вой.
Силеверст
испугался пули.
Casas
печь да щи.
Замечтал
Силеверст.
Бабья
erisipela
se levantó
из воздуха.
Да как дернет Рябой!
Чуть не тыщу верст
пробежал
sin
роздыха.
Вот и холм,
и там
и дом за холмом,
será
casa
в скором времечке.
Вот и холм пробежал,
вот плетень
y la casa,
Mirad
жена его
лускает
семечки.
Прибежал,
пошел лобызаться
с женой,
чаю выдул –
стаканов до тыщи:
задремал,
заснул
и храпит,
как Ной, -
с ГПУ,
y
не сыщешь.
А на фронте
enemigo
ve:
полк с дырой,
enemigo
пролазит
щелью этою.
А за ним
и золотозадый
рой
лезет в дырку,
блестит эполетою.
sacerdote,
урядник –
сивуха
течет по усам,
с ним –
петля
и прочие вещи.
Между ними –
rey,
самодержец сам,
за царем –
puño
да помещик.
Лезут,
в радости,
аж не чуют ног,
donde
и сколько занято мест ими?!
Пролетария
гнут в бараний рог,
sipyat
в спину крестьян
манифестами.
Отошла
tierra
к живоглотам
espalda,
наложили
наложища
тяжкие.
Лишь свистит
в урядничьей ручке
лоза –
знай, всыпает
и в спину
и в ляжки.
Улизнувшие
бары
едут в дом.
Мчит буржуй.
Не видали три года, de ninguna manera.
de nuevo
школьника
sacerdote
обучает крестом –
уважать заставляет
угодников.
В то село пришли,
где храпел
Силеверст.
Видят –
выглядит
casa
аккуратненько.
Тычет
в хату Рябого
исправничий
перст,
посылает занять
урядника.
Дурню
снится сон:
де в раю живет
и галушки
лопает тыщами.
de repente
как хватит
su
крокодил
за живот!
То урядник
хватил
сапожищами.
Как ты смеешь спать,
такой рассякой,
мать твою растак
да разэтак!
Я тебя запорю,
я тебя засеку
и повешу
usted
напоследок!” -
Барин!” -
взвыл Силеверст,
а его
кнутом
хвать помещик
по сытой роже.
“dar
и себя,
и поля,
y la casa,
и жену
помещику
además!”
Y se fue
прошибать
Силеверста
sudor,
de nuevo
припомнил
барщины муку,
а жена его
на дворе
у господ
грудью
кормит
барскую суку.
Сей истории
fácil
и ясен сказ, -
посмотри,
как наказаны дурни;
чтобы то же
не стряслось и у вас, -
да не будет
меж вами
шкурник.
hoy
hijo
даем
не царям на зарез, -
за себя
этот боище
начат.
Провожая
рекрутов
молодолес,
провожай поя,
а не плача.
Чтоб помещики
de nuevo
не взнуздали вас,
не в пример
Силеверсту бедняге, -
провожая
сынов,
давайте наказ:
будьте
верными
красной присяге.

Velocidad:
( Aún no hay calificaciones )
compartir con tus amigos:
Vladimir Mayakovsky
Añadir un comentario