feathered irqi

Перемириваются в мире.
Передышка в грозе.
А мы воюем.
Воюем без перемирий.
Мы
действующая армия журналов и газет.
Лишь строки-улицы в ночь рядятся,
маскированные домами-горами,
bizlar
клоним головы в штабах редакций
над фоно-теле-радио-граммами.
tun.
Лишь косятся звездные лучики.
urinish –
вылезь в час вот в этакий!
biz va,
мы полземрепортеры-лазутчики
сенсацию в плен поймать на разведке.
Поймаем,
допросим
и тут же
храбро
tinchlik,
на весь миллиардомильный
в атаку,
щетинясь штыками Фабера,
идем,
истекая кровью чернильной.
dushman,
колючей проволокой мотанный,
думает:
В рукопашную не дойти! –
Пустяк.
Разливая огонь словометный,
пойдет пулеметом хлестать линотип.
Армия вражья крепости рада.
Стереть!
Не бросать идти!
По стенам армии вражьей
снарядами
бей, стереотип!
nihoyat,
в довершенье вражьей паники,
скрежеща,
o'sadi,
ротационки-танки,
укатывайте поле боевое!
Va ertalab…
форды
лишь луч проскребся
летите,
киоскам о победе тараторя:
– dushman
разбит петитом и корпусом
на полях газетно-журнальных территорий.
[1923]

ovoz berish:
( hali hech bir reytinglari )
Do'stlaringiz bilan baham:
Vladimir Mayakovsky