О “фиаско”, “апогей” және басқа да белгісіз заттар

На съезде печати
у товарища Калинина
великолепнейшая мысль в речь вклинена:
Газетчики,
думайте о форме!”
До сих пор мы
не подумали об усовершенствовании статейной
формы.
Товарищи газетчики,
СССР оглазейте, –
как понимается описываемое в газете.
Акуловкой получена газет связка.
Читают.
В буквы глаза втыкают.
Прочли:
– “Пуанкаре терпит фиаско”. –
Задумались.
Что это зафиасказа такая?
Из-за этойфиаски
грамотей Ванюха
чуть не разодрался:
– Тыңдаңыз, Петь,
бірге “фиаскойвостро держи ухо:
даже Пуанкаре приходится его терпеть.
Пуанкаре не потерпит какой-нибудь клячи.
Даже Стиннеса
мен! –
прогнал из Рура.
А этого терпит.
Значит богаче.
Американец, керек.
Понимаешь, дура?! –
С тех пор,
когда самогонщик,
местный туз,
проезжал по Акуловке, гремя коляской,
в уважение к богатству,
скидавая картуз,
его называли
Господином Фиаской.
Последние известия получили красноармейцы.
Сели.
Читают, газетиной вея.
О французском наступлении в Руре имеется?
– сол, вот написано:
Дошли до своего апогея”.
– жолдастар Иванов!
Ты ближе.
Эй!
На карту глянь!
Что за место такое:
А-п-о-г-е-й? –
Иванов ищет.
Дело дрянь.
У парня
аж скулу от напряжения свело.
Каждый город просмотрел,
каждое село.
Эссен есть
Апогея нету!
Деревушка махонькая, болу керек, ол.
Верчусь
аж дыру провертел в сапоге я
не могу найти никакого Апогея!”
Казарма
малость
посовещалась.
соңында –
товарищ Петров взял слово:
Сказано: до своего дошли.
Ведь не до чужого?!
Пусть рассеется сомнений дым.
Будь он селом или градом,
оның “апогеяникому не отдадим,
а чужихапогеев” – нам не надо. –
Чтоб мне не писать, впустую оря,
мораль вывожу тоже:
The, что годится для иностранного словаря,
газетене гоже.
[1923]

дауыс беру:
( әлі рейтингтер жоқ )
Достарыңызбен бөлісу:
Владимир Маяковский
пікір қалдыру