Germaniya

Germaniya –
это тебе!
Это не от Рапалло.
Не наркомвнешторжьим я расчетам внял.
hech qachon,
никогда язык мой не трепала
комплиментщины официальной болтовня.
Я не спрашивал,
Вильгельму,
Николаю прок ли, –
разбираться в дрязгах царственных не мне.
men
от первых дней
войнищу эту проклял,
плюнул рифмами в лицо войне.
Распустив демократические слюни,
шел Керенский в орудийном гуле.
С теми был я,
кто в июне
отстранял
siz
нацеленные пули.
va qachon, стянув полков ободья.
сжали горла вам французы и британцы,
голос наш
взвивался песней о свободе,
руки фронта вытянул брататься.
bugun
Men borib
по твоей земле, Germaniya,
и моя любовь к тебе
расцветает романнее и романнее.
Men ko'rgan –
цепенеют верфи на Одере,
я видел
фабрики сковывает тишь.
bo'lsin, –
не верю,
что на смертном одре
лежишь.
Я давно
с себя
лохмотья наций скинул.
Нищая Германия,
позволь
meni,
как немцу,
как собственному сыну,
за тебя твою распеснить боль.

РАБОЧАЯ ПЕСНЯ

Мы сеем,
мы жнем,
мы куем,
мы прядем,
рабы всемогущих Стиннесов.
Но мы не мертвы.
Мы еще придем.
Мы еще наметим и кинемся.
Обернулась шибером,
улыбка на морде, –
история стала.
Старая врет.
Мы еще придем.
Мы пройдем из Норденов
сквозь Вильгельмов пролет Бранденбургских
darvoza.
У них доллары.
Победа дала.
Из унтерденлиндских отелей
ползут,
вгрызают в горло доллар,
пируют на нашем теле.
Терпите, egalaridir, расплаты во имя
Barcha uchun –
за войну,
за после,
за раньше,
со всеми,
с ихними
и со своими
мы рассчитаемся в Красном реванше
На глотке колено.
Bizlar – зверьи рычим.
Наш голос судорогой немится
biz bilamiz, под кем,
biz bilamiz, под чьим
еще подымутся немцы.
Bizlar
ko'proq
извеселим берлинские улицы.
qizil bayroq, –
мы заждались
вздымайся и рей!
Красной песне
из окон каждого Шульца
откликайся,
свободный
G'arbdan
Рейн.
Это тебе дарю, Germaniya!
bu
не долларов тыщи,
этой песней счёта с голодом не свесть.
yaxshi,
и ты
va men –
мы оба нищи, –
menda
это лучшее из всего, nima bor.
[1922-1923]

ovoz berish:
( hali hech bir reytinglari )
Do'stlaringiz bilan baham:
Vladimir Mayakovsky