brothers writers

obviously, не привыкну
сидеть вБристоле”,
пить чай,
построчно врать я, —
опрокину стаканы,
взлезу на столик.
Listen,
литературная братия!
sit,

глазенки в чаишко канув.
Вытерся от строчения локоть плюшевый.
Подымите глаза от недопитых стаканов.
От косм освободите уши вы.
You,
прилипших
к стене,
к обоям,
милые,
что вас со словом свело?

And you,
если не писал,
разбоем
занимался Франсуа Виллон.
You,
берущим с опаской
и перочинные ножи,
красота великолепнейшего века вверена вам!
Из чего писать вам?
Today

a life
в сто крат интересней
у любого помощника присяжного поверенного.
Господа поэты,
неужели не наскучили
the pages,
дворцы,
love,
сирени куст вам?
If

such, how are you,
творцы —
мне наплевать на всякое искусство.
Лучше лавочку открою.
Пойду на биржу.
Тугими бумажниками растопырю бока.
Пьяной песней
душу выржу
в кабинете кабака.
Под копны волос проникнет ли удар?

Think
одна под волосища вложена:
“brush? Why?!
At the time, not worth the trouble,
and forever
причесанным быть
impossible”.

[1917]

vote:
( No ratings yet )
Share with your friends:
Vladimir Mayakovsky
Leave a Reply